Италия. Озеро Комо. Grand Hotel Villa Serbelloni

Италия. Флоренция. Grand Hotel Villa Cora

Италия. Портофино. Belmond Hotel Splendido

Индонезия. О.Бали

Индонезия. о. Бали. Убуд. Como Shambala Estate

Индонезия. Ява. The Dharmawangsa Jakarta

Индонезия. О.Ява. Amanjiwo

Индонезия. О. Бали. Banyan Tree

Индонезия. О.Бали. Ayana Resort and Spa

Гонконг

Макао

St. Vincent and the Grenadines. Buccament Bay Resort

Мальдивы. One & Only Reethi Rah

Мальдивы. Velassaru Maldives

ОАЭ. Дубай. Armani Hotel Dubai

ОАЭ. О. Сир-Бани-Яс

Санкт-Петербург. Дворец бракосочетаний на Английской набережной

Санкт-Петербург. Belmond Grand Hotel Europe

Назад Вперед

Обвинения Украины против Жукова построены на брехне мошенника


При всей «декоммунизации» на Украине до недавнего времени старались обходить стороной маршалов Победы, включая Георгия Жукова. Теперь череда переименований и демонтажей дошла и до него.

И проблема даже не в том, что Жуков чем-то не угодил украинцам, а в том, что обвинения против него строятся на брехне одиозного мошенника.

Все установленные на Украине памятники и мемориальные доски в честь маршала Георгия Жукова должны быть демонтированы. Об этом говорится в ответе директора Украинского института национальной памяти (УИНП; отвечает за формирование и реализацию исторической политики государства) Владимира Вятровича депутату Харьковского областного совета Дмитрию Булаху.

Предыстория из переписки такова: 3 июня в Харькове была разбита мемориальная доска Жукову, установленная на фасаде одной из школ города. В этот же день на странице националистического объединения «Світанок» в Facebook появилась такая запись: «Были очень сильные ветры, доска Жукову не выдержала их и упала».

При аналогичных обстоятельствах, но несколько ранее памятная доска Жукову была уничтожена и в Одессе.

Мэрия Харькова решила доску восстановить, что вызвало негодование националистически настроенных депутатов облсовета. В результате Булах и обратился за разъяснениями в УИНП.

В ответном письме львовский историк Вятрович поставил Жукову в вину участие в подавлении восстания в Тамбовской губернии 1920–1921 годов и венгерского восстания в 1956 году, организацию Тоцких войсковых учений, в результате которых десятки тысяч человек были подвергнуты радиационному излучению, и плохое поведение в Германии. В целом советский маршал характеризуется как «личность, которая причастна к установлению советской власти вооруженным путем».

Но главным обвинением в адрес маршала Победы со стороны «свiдомых» и конкретно Вятровича как главного идеолога пересмотра истории стала организация в 1943 году на постепенно освобождаемой от нацистов территории УССР полумифических полевых военкоматов и «репрессивная» мобилизация на фронт масс украинцев.

«Жуков своими приказами... обрек на уничтожение сотни тысяч украинцев, призванных в 1943 году», – утверждает глава УИНП.

К этому есть что добавить.

Профессия – фальсификатор

У Владимира Вятровича крайне плохая репутация даже на Западе. Он последовательно популяризирует идеи украинского превосходства («Украина понад усе!»), профессионально занят обелением УПА*, отрицая ее участие в холокосте, и ведет личную «историческую войну» против поляков, представляя Волынскую резню «восстанием украинских крестьян» против польских панов, а все события 1942–1947 годов на Западной Украине – «второй польско-украинской войной» (так даже его книга называется).


Еще президент Виктор Ющенко поставил перед молодым и отмороженным львовским историком задачу развеять «негативный образ» УПА и таким образом противодействовать «дискредитации» независимой Украины как наследника нацистов, убийц, военных преступников и клинических антисемитов.

Сейчас же на Украине (а также в Прибалтике) клеймят как «российскую пропаганду» любые разговоры о злобной роли местных националистов в событиях 1941 – 1950-х годов. Раньше подобное не особенно заботило Запад, стать частью которого Киев стремится из последних сил. Но за последнее время критическая масса претензий все-таки наросла, и западные ученые и политики начали задавать украинцам крайне неудобные вопросы.

«Отфутболивать» эти вопросы и отрядили Вятровича, который некоторое время даже служил начальником архивного отдела СБУ. Европейцы воспринимают его деятельность на этом посту весьма неоднозначно. С одной стороны, он взял на себя труд открыть часть архивов, доставшихся ему в наследство от украинского подразделения КГБ СССР. С другой – тщательное изучение этих архивов навело на грустные мысли.

Многие европейские и американские исследователи обнаружили в общедоступных теперь уже файлах многочисленные подчистки и исправления, иногда – целыми абзацами, которые были призваны оправдать УПА и националистов в целом. Вятровича обвинили в фальсификации и «исторической войне», но дело уже было сделано.

Неистовый львовянин превратил архив СБУ, а затем и УИНП в оруэлловское «министерство правды», что никому не приходило в голову даже в советские времена, когда архивы засекречивали, но не подчищали, ведь это самое страшное преступление перед исторической наукой, которое можно вообразить.

По сути дела, Вятренко и его УИНП выполняют гораздо более опасную и отвратительную задачу, чем все украинские вооруженные силы и СБУ вместе взятые. Он уже более десяти лет оболванивает украинское общественное сознание, подчищает архивы и создает параллельную историю, которую затем преподают в школах и навязывают на бытовом уровне. На выходе мы получаем «небратьев», «Украину понад усе», «украинско-персидские войны» и атмосферу ненависти.

За несколько лет интенсивной работы институт Вятровича проделал со значительной частью украинского народа примерно то же, что и Геббельс с немцами. Правда, в случае Геббельса почва была уже удобрена, потому и справился он быстрее, а Вятровичу приходится выкорчевывать из сознания украинцев целые пласты недавней истории в условиях, когда еще живы очевидцы.

Теперь он добрался и до Жукова. На главном обвинении в адрес маршала Победы – мобилизации 1943 года и «гибели сотен тысяч украинцев» – можно и споткнуться.

Что это было?

В советской историографии под давлением Леонида Брежнева сформировалось представление о крайне героическом и массовом участии украинцев в ВОВ.

Но поскольку Западная и Правобережная Украина была потеряна довольно быстро, мобилизация в РККА в период 1941–1942 годов там либо была неравномерной, либо вообще не проводилась. Одесса в этом смысле – явное исключение, но можно представить себе набор в армию в уже окруженном Киеве, откуда в итоге мало кто пробился (окружение и гибель киевской группировки РККА – одно из самых чудовищных поражений первого периода войны).

В итоге действительно реальная и массовая мобилизация на территории тогдашней УССР, включавшая массовый поток добровольцев в первые дни войны, была осуществлена только на землях Донбасса и Харьковской области, что само по себе показательно.

Нечто подобное случилось в Белоруссии и Прибалтике, но численность населения в этих регионах несопоставима с Украиной. Объективная невозможность провести там нормальную мобилизацию серьезно сказалась на ресурсах СССР, как и быстрая потеря промышленного потенциала, созданного в республике за годы индустриализации.

Если бы мобилизация на всей территории УССР была проведена полностью и вовремя, может, не пришлось бы в спешном порядке перебрасывать под Москву сибирские дивизии.

Как бы там ни было, 9 февраля 1942 года Сталин подписал указ «О призыве граждан на освобождаемых от оккупации территориях и о сформировании запасных полков».

Согласно оному фронтовое командование в лице военных советов фронтов и армий получало право и обязанность «осуществлять практический отсев, призыв и боевую подготовку этих контингентов (находившихся на оккупированной территории военнообязанных – прим ред.) в полосе действия своих армий». Эта практика позволяла им самим проводить бесконтрольное пополнение частей прямо в зоне боевых действий, несмотря на приказ формировать именно запасные полки.

Например, в том же Донбассе в полосе Южного фронта в сентябре 1943 года было мобилизовано до 120 тысяч человек, что весьма негативно влияло на уровень боевой подготовки. Новым солдатам действительно не хватало вооружения и даже формы, что родило термины «чернобушлатники» и «пиджачники». Немцы называли эти части «трофейными солдатами» (Beutesoldaten), и их участие в боях на передовой создало у немецкого командования ошибочное представление о том, что «Советы исчерпали свои ресурсы».

15 октября 1943 года Ставка Верховного главнокомандующего указом «О порядке призыва военнообязанных в освобождаемых от немецкой оккупации районах» прекратила практику бесконтрольного использования людских ресурсов. Мобилизация вновь передавалась в ведение обычных военкоматов, которые создавались в освобожденных районах на постоянной основе, а фильтрацией и отсевом занимался СМЕРШ, что положительно сказалось на качестве людских ресурсов.

Правда, в Литве мобилизация 1944 года провалилась: население впервые стало массово уходить в леса, откуда вышло через пару месяцев после спешной отмены мобилизации и по специальной амнистии. СМЕРШ начал хватать этих же амнистированных «по спискам», что породило второй отток мужского населения в чащу и составило костяк «неидейных» «лесных братьев», которых в дальнейшем не столько уничтожали, сколько уговаривали вернуться к нормальной жизни и перевербовывали.

Сказки деда Юрася

С началом перестройки в либеральных СМИ стал распространяться миф о карательной функции полевых военкоматов как форме «наказания» за сотрудничество с оккупантами. Параллельно на Украине и в Грузии был сформирован миф о массовом нежелании местного населения участвовать в «чужой войне» и о сознательном уничтожении советской империей «несогласных наций» путем мобилизации.

Персональная ответственность возлагалась именно на Жукова, которому почему-то противопоставляли «мягкого» Рокоссовского – этнического поляка, что в современном украинском контексте выглядит странно.

В качестве хрестоматийного и неопровержимого подтверждения «украинофобии» Жукова приводят одну-единственную «цитату» из «свидетельств» некоего Юрия Коваленко, которую запустил в серьезное обращение местный историк Володимир Гинда.

Коваленко в 1943 году якобы служил то ли ординарцем, то ли офицером по особым поручениям у генерала Ватутина и присутствовал на совещании, где будто бы случилось такое:

«Рокоссовский предложил отправить в Москву курьера, чтобы описать в Ставке Верховного главнокомандования ситуацию и попросить помочь с вооружением и формой (для призванных полевыми военкоматами). И тут Жуков не выдержал и заявил: «Зачем мы, друзья, здесь головы морочим. Нах... обмундировывать и вооружать этих хохлов? Все они предатели! Чем больше в Днепре потопим, тем меньше придется в Сибирь после войны ссылать». В ответ Рокоссовский сказал, что «это геноцид», и дал указание сообщить о подобных планах в Генштаб. Однако Ватутин перехватил эту инициативу, заявив, что «не хочет портить отношения с Жуковым из-за этой молодежи», – говорится в «воспоминаниях» Коваленко.

Многих, конечно, удивило, что Рокоссовский знал слово «геноцид», но быстро оказалось, что Юрий Коваленко – типичный хуторской внук барона Мюнхгаузена. Он живет где-то на селе, ходит исключительно в вышиванке и соломенной шляпе, носит казачьи усы и утверждает, что в 1941 году в возрасте 15 лет сделал головокружительную военную карьеру и лично брал в плен Паулюса в Сталинграде. Там же в Сталинграде он получил пулю в сердце, но сердце удачно сжалось и пропустило пулю, ничего себе не повредив, и этот случай дошел лично до Сталина.

После этого 17-летний пехотинец Коваленко отправился перегонять американские самолеты на Дальний Восток (почему-то «Боинги», которых американцы не поставляли), был сбит японским камикадзе на высоте 6 тысяч метров, но все равно выжил и в 1947 году уже как летчик-бомбардировщик был отправлен бомбить «восстание бурятской интеллигенции», однако пожалел несчастных и отбомбился не там.

Пересказывать байки хуторского брехуна весьма забавно. Но проблема в том, что такие вот «свидетельские показания» кладутся в основу обвинений маршала Жукова в «геноциде украинцев». Вятрович и УИНП тиражируют не только «свидетельства Коваленко», но и множество других откровенных фальшивок, что делает невозможным не только научный, но и просто цивилизованный диалог с ними. На все это, а равно – на идеологическую и историческую войну с поляками и венграми тратятся гигантские по украинским меркам деньги.

Можно представить себе конспирологическую теорию, в которой кто-то очень дальновидный придумал столь изощренный способ отрыва украинского общества от общесоветского прошлого, а заодно – от реальной истории всех соседних народов (не только русского, хотя русские и выглядят наиболее пострадавшими в результате массового оболванивания украинцев). 

Снос памятников и уничтожение мемориальных досок – всего лишь событие наглядной агитации, а масштабы всего явления куда более чудовищные. Оно затрагивает не только внешний облик улиц и городов и их названия (институт Вятровича переименовал уже почти сотню населенных пунктов), но и глубины подсознания.

Однако нападки на маршала Жукова – это уже за гранью. Может, хотя бы это станет поводом для тех оценок, которых практики «свидомых» фальсификаторов заслужили уже очень давно.


* Организация, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности"

Автор текста: Евгений Крутиков

Источник

29Пальм
Блог Павла Аксенова. Обвинения Украины против Жукова построены на брехне мошенника. Фото vvesti.com Блог Павла Аксенова. Обвинения Украины против Жукова построены на брехне мошенника. Фото vvesti.com

Добавить комментарий




em1em2em3em4em5em6em7em8em9em10em11em12em13em14em15em16em17em18em19em20em21em22em23em24em25em26em27em28em29em30em31em32em33em34em35em36em37em38em39em40em41em42em43em44em45em46em47

Введите код указанный на картинке:

captcha
Подождите, идет проверка кода...
Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь, если у Вас еще нет аккаунта, и Вам не придется вводить код подтверждения.
x
АВТОРИЗАЦИЯ