Мальдивы

Мексика. Zoetry Paraiso de la Bonita

ОАЭ. Абу-Даби. Emirates Palace

Индонезия. О.Бали. Four Seasons Resort Bali at Jimbaran Bay

Лондон

Назад Вперед

Конфета

?Блог Павла Аксенова. Конфета. Фото SakisPagonas - Depositphotos

На Валю и сейчас, после рождения второго внука, оглядываются мужики на улицах. А тридцать лет назад у ее ног лежал весь наш третий курс в полном составе. Но девушка на мелюзгу не разменивалась, а выбрала самый крутой вариант – пятикурсника, секретаря комитета комсомола, красавца с внешностью былинного русского богатыря.

И все у них шло отлично, пока Валя, не обнаружив в положенный срок положенного недомогания, не обрадовала своего богатыря перспективой стать вскоре папой. Тут-то и выяснилось, что богатырь ничего такого в виду не имел, жениться не планировал, это у него была не любовь, а свободный секс свободных людей, и вообще сама не убереглась – сама и избавляйся.

Родители дули примерно в ту же дуду: куда тебе рожать, тебе еще учиться и учиться, вот у нас знакомый доктор, сделает с обезболиванием, даже не почувствуешь ничего. Валя к проблеме отнеслась философски, аборт так аборт, не она первая, не она последняя. Села в трамвай и поехала к доктору. Но что-то такое под ложечкой жало и беспокоило.

Я попробую пояснить, почему эта тема всплыла у нас в разговоре именно теперь, в преддверии дня всех влюбленных. Мы тогда про святого Валентина, конечно, не знали. Но, во-первых, дело было как раз в середине февраля. А во-вторых, в деле фигурирует любовное письмо, хотя и очень своеобразное. Вот сейчас про него будет.

Вот Валя едет в трамвае. Пробила талончик, положила его в карман пальто. И с некоторым удивлением обнаружила, что в кармане лежит конфета. Хорошая, шоколадная, марки «Золотая нива». Такие даже в Москве продавались далеко не в каждом гастрономе и стоили чуть ли не десять рублей кило.

Развернув обертку, Валя удивилась уже по-настоящему. Внутри фантика конфета оказалась завернута в записку. На обрывке тетрадного листка кривым почерком только что научившегося писать ребенка было написано:

МАМА МНЕ БОЛЬНА НИСЕРДИСЬ Я ТИБЯ ЛЮБЛЮ РОМА

Валя ни в какой степени не была ни религиозной, ни сентиментальной. Она попыталась объяснить происхождение записки рациональным образом, но ничего не вышло. Сладкое она любила, но именно этот сорт конфет не встречала очень давно. Знакомых по имени Рома у нее не было ни одного. Знакомых детей дошкольного и младшего школьного возраста – ненамного больше. Это пальто она не надевала с осени, до вчерашнего дня ходила в шубке, так что не оставалось даже шанса, что кто-то случайно положил конфету в карман в гардеробе.

В обшем, при всем неверии в мистику, выходило, что игнорировать столь явное указание свыше никак нельзя. Валя дожевала конфету (вкусная!) и пересела во встречный трамвай. Родителей поставила перед выбором: либо они смиряются с ролью бабушки и дедушки, либо с завтрашнего дня у них будет на одну дочь меньше. А она как-нибудь проживет и даже институт кончит, в нашей стране матерей-одиночек поддерживают.

Родители, поразмыслив, выбрали первый вариант. Матерью-одиночкой побыть не довелось: на освободившееся от комсомольского вожака место немедленно нашлось не меньше трех претендентов, которых не смутил Валин растущий живот. Наученная горьким опытом Валя выбрала из них самого скромного, я бы даже сказал – самого завалящего, и к моменту родов была уже счастливо замужем. Где и пребывает до сих пор, в отличие от многих ее товарок, вышедших замуж по ах какой любви и успевших с тех пор развестись, некоторые и не по разу.

Родив (мальчика, кто бы сомневался), Валя уперлась рогом еще раз: ребенка будут звать Ромой и никак иначе. Никто ее не поддержал, а больше всех фыркала младшая сестра-шестиклассница:

- Тьфу, что за имя, будет как мой Ромчик.

- Какой еще твой Ромчик? – насторожилась Валя.

Тут-то все и выяснилось. Оказывается, у шестиклассников был подшефный первый класс, и один из первоклашек зимой внезапно воспылал к Маше любовью. Проявлялась любовь в том, что он больше всех шумел, хулиганил и норовил поставить подножку. Маша в конце концов не выдержала и треснула его пеналом по голове. На следующий день Ромчик принес конфету – мириться. Маша конфету есть не стала, потому что все еще сердилась, а чтобы добро не пропало, сунула ее в карман сестре.

Валя еще раз перечитала записку. Да, конечно, там было написано не «Мама», а «Маша», как это она сразу не прочитала правильно? Но сына все равно назвала Ромой.

Автор: Филимон Пупер

Источник

29Пальм
?Блог Павла Аксенова. Конфета. Фото SakisPagonas - Depositphotos
?Блог Павла Аксенова. Конфета. Фото SakisPagonas - Depositphotos
Гость
#1
Эдуард
конокрадка


В эпоху всеобщего счастья мы жили на семнадцатом этаже башни у Площади Победы, в крохотной однокомнатной квартирке. Что еще надо бедным студентам? Наташа была на недельной практике, поэтому я мирно дрых в одиночестве. Проснулся посреди ночи от странного причмокиванья. Едва приоткрыв глаза, я заорал от ужаса и рухнул на пол. Надо мной склонилась чудовищная харя. Огромные желтые зубы светились в полумраке. Нечеловеческие мокрые губы беспрестанно двигались и металлически позвякивали. Воняло гнилой свеклой. В голове стучала одна мысль: допрыгался.
- Правда, красивая? – с затаенной гордостью спросил Наташин голос. – Ее зовут Маруся.
Я постарался сфокусировать взгляд. В нашем уютном гнездышке стояла лошадь. Гнедая башка упиралась в люстру. Маруся переступила копытыми, оставляя на паркете глубокие вмятины, и дружелюбно вильнула хвостом, смахнув с книжной полки керамическую вазочку. Кошка Артрапода выгнула спину и зашипела. Сшибать вазочки было ее прерогативой.
- Богиня, - признался я. – А тебя не выгонят?
- За что? – удивилась Наташа.
- За конокрадство в крупных размерах.
Выяснилось, что Наташа познакомилась с кобылой на институтской биологической станции, расположенной всего в нескольких километрах от дома, и сразу влюбилась. Чувства так переполняли ее девичью душу, что она не могла не поделиться радостью с любимым человеком. И украла Марусю. Чуть-чуть. Временно. До рассвета. Пока не заметили.
За окном уже светлело, короткая летняя питерская ночь сменялась ранним утром. Я спешно оделся, и мы потащили лошадку к грузовому лифту. Кабина оказалась мала. Бог весть, как Наташа запихивала эту животину в лифт на первом этаже, но на семнадцатом внутрь помещался только лоснящийся круп, а голова упорно оставалась снаружи. Маруся грустно глядела на нас из своего мобильного стойла. Тогда мы поменяли тактику. Голову за уздцы втянули первой. Я уперся в коричневый зад, как Сизиф в проклятый булдыган. И тут случилось чудо. Лошадь изящно, по-цирковому взбрыкнула и внезапно оказалась в лифте точно по диагонали.
- Какая умная! – умилилась Наташа.
- Не то что некоторые... – не удержался я.
Мы гулко процокали по мраморному вестибюлю и вышли из подъезда. Немедленно от гостинницы «Пулковская» к нам рванула патрульная машина. Рыжий мент высунулся из окошка и хохотнул:
- Цыгане, что ли?
Я этого мента знал. Он всегда покупал у меня пиво, которым я нагло и незаконно спекулировал, когда подрабатывал сторожем продуктового ларька в Парке Победы.
- Коня хочу, - капризно протянул женский голос из глубины машины.
- Ты у них техпаспорт спроси! – весело посоветовал второй мент.
Маруся задрала хвост и смачно наложила на асфальт приличную кучу. Менты заржали.
- Щас я тебе, Верка, устрою скачки с препятствиями, - уверенно пообещал рыжий, и патрульный драндулет унесся по Московскому проспекту.
Я помог Наташе взгромоздиться в седло. Они потрусили к Пулковсому шоссе заре навстречу, а я долго махал вслед рукой моей будущей жене. Черт возьми, ну разве можно не любить такую девушку
источник

Добавить комментарий




em1em2em3em4em5em6em7em8em9em10em11em12em13em14em15em16em17em18em19em20em21em22em23em24em25em26em27em28em29em30em31em32em33em34em35em36em37em38em39em40em41em42em43em44em45em46em47

Введите код указанный на картинке:

captcha
Подождите, идет проверка кода...
Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь, если у Вас еще нет аккаунта, и Вам не придется вводить код подтверждения.
x
АВТОРИЗАЦИЯ